Необыкновенные приключения иностранца в Орле

Как немец Йорн Гералд Хезе отстаивает свои права

22.12.2017 в 12:14, просмотров: 40170

Эта история началась в прошлом году, когда гражданин Германии Йорн Гералд Хезе поступил в орловский ГУ — УНПК (Государственный университет — Учебно-научный производственный комплекс) на факультет экономики… Впрочем, нет. Она началась в Москве в 2011 году, когда немец решил улучшить свой русский и приехал в Россию. А может, она началась сорок лет назад в ГДР, когда маленький Йорн пошел в школу и впервые услышал русскую речь, — тогда многие восточные немцы учили наш язык, воспринимая себя как «младших братьев» великого Советского Союза.

Необыкновенные приключения иностранца в Орле

Так или иначе, но для Йорна современная Россия кажется страной больших возможностей. Он даже намеревается со временем получить гражданство и работать в органах местной власти. А пока он обретает опыт борьбы за права — по-человечески жить, получать нормальные знания, отстаивать свое достоинство. Ему приходится это делать, потому что немецкий Оrdnung (порядок, по-нашему) не позволяет ему смириться с тем, к чему мы все давно привыкли и что воспринимаем, может, и не как норму, но как то, с чем вынуждены сосуществовать.

«И не качай свои права»

Можно сказать, что в Орле Йорн Хезе появился случайно. Познакомился с жителем Покровского района Орловской области, тот ему рассказал о прелестях провинциальной жизни и славном маленьком городе в 400 км от столицы, и он, окончив курсы русского языка в Институте им.

А.С. Пушкина в Москве, принял решение ехать учиться и жить в Орле. Пришел на подфак ГУ — УНПК, поступил на факультет экономики. Выбор специальности был не случайным — до своего приезда в Россию он десять лет проработал в Великобритании, из которых последние два — экономистом, да не где-нибудь, а в палате лордов и в палате общин.

— Я уже в первом семестре сравнил учебные планы ведущих европейских вузов с планом орловского университета. Разница очень большая. Если в Европе и в США с первого курса изучают множество специальных предметов, то здесь какая-то культурология, философия, физкультура… При этом почти все преподается в виде обыкновенных лекций, то есть мы должны все воспринимать на слух. Однако это очень сложно для иностранцев. Нас в группе — пятеро, и мы не раз просили давать уроки в виде презентаций, с раздачей учебных материалов. Но какая раздача, если, как говорили в деканате, им выделяют средств на заправку картриджа в принтере только раз в три месяца!

Согласитесь, не новость. Мы все ругаем систему высшего образования за недостаточные знания, которые она дает, особенно в провинции, и про бедность вузов наслышаны, хотя платим за образование немалые деньги. Но что привычно русскому — возмутительно для немца. И Йорн написал письма руководству вуза, видимо, полагая, что оно не знает о проблемах. «Запев» звучал впечатляюще: «Кто внимательно следит за происходящими сегодня в мире событиями, являетс свидетелем напряженных и динамичных изменений. Создание объединения БРИКС, нового Банка развития, новых экономических отношений со странами Центральной и Южной Америки, а также невиданное до сих пор активное участие России в процессах на Ближнем и Среднем Востоке не только указывает на границы прежней гегемонии США, но и открыто ставит ее под сомнение! Тот факт, что Россия играет все более активную ведущую роль в международных событиях, уже давно стал очевидным и значимым для меня. Чтобы поддерживать и продолжить этот процесс, нам (заметьте: нам, а не вам или ему. — Прим. авт.) нужны ответственные, высокообразованные, дисциплинированные и конструктивно мыслящие студенты. Поэтому самое важное сейчас — пересмотреть их цели и задачи и, соответственно, определить новые… Я убежден, что новая Россия… получила небывалые до сих пор шансы… Это то, о чем писал Тютчев:

Молчи, позорная Европа,

И не качай свои права!

Ты у России просто жопа,

А думаешь, что голова.

Те, в ком Россия нуждается, возлагают надежду на российские университеты. Будущие поколения будут нам благодарны, если мы сейчас приложим все необходимые усилия и сделаем все возможное для сегодняшних студентов».

Согласитесь, очень патриотично и вполне могло бы стать основой для какого-нибудь доклада любого вузовского чиновника. Однако потом — скука страшная, а для чиновника — просто зубная боль, потому что дальше на трех страницах расписано то, почему Россия может не реализовать выпавший ей шанс:

«К началу учебного года студентам не были выданы ни учебный план на семестр, ни рабочие программы дисциплин, что… не позволило рационально спланировать свою учебную деятельность. Нелогично и нерационально выглядит последовательность и количество учебных занятий, организуемых в течение дня: начало во второй половине дня и окончание поздним вечером. Неоправданно большим кажется, с одной стороны, количество часов, выделяемых на изучение некоторых дисциплин, имеющих косвенное отношение к основной специальности: до сегодняшнего дня для меня остается тайной, для чего мы на занятиях БЖД должны мучиться с расчетами интенсивности света и уровня шума… А с другой стороны, нам не хватает, например, такой дисциплины, как «История экономической мысли», которая необходима для лучшего понимания микроэкономики… Из-за бессмысленного переписывания со слайдов определений, текстов (даются в учебниках) впустую тратится время, которое могло бы помочь студенту вникнуть в суть поставленной проблемы с помощью разъяснительной работы». Ну и так далее. Восемь пунктов. Закончил Йорн письмо полупоклоном: «Приношу свои извинения, если сочтете мои предложения и наблюдения нетактичными, но я заинтересован в получении необходимых должных знаний».

Ответа на письмо он не получил. Но ему позвонили. Проректор по учебно-методической работе Галина Зомитева предложила ему индивидуальный учебный план, который ученые вуза были готовы разработать для шебутного немца. Однако тот гордо отказался. Сказал, его не устраивают исключения, ему важно, чтоб всем хорошо было. В общем, совсем по-русски. За то и расплачивается до сих пор.

Вскоре ГУ — УНПК объединился с Орловским госуниверситетом, став опорным вузом. И хотя, по логике, это должно было открыть какие-то новые перспективы, на практике не особо случилось. Во всяком случае, картридж в деканате теперь уже Института экономики и управления, по словам Йорна, могут заправить только раз в полгода…

Между тем платят иностранцы 74,3 тысячи за год обучения, что почти вдвое больше, чем если бы они учились экономике в каком-нибудь немецком университете, где уж точно хватает средств на такую ерунду.

Фото: Й.Г. Хезе.
Фото: Й.Г. Хезе.
Фото: Й.Г. Хезе.

«Казенный твой огонь…»

Жизнь студента, как известно, это не только учеба. Для иногородних это еще и общежитие. Как писала Яна Белая, «Хвала тебе, отель для неимущих!/Для буйных хулиганов и тихонь,/Для пьющих что попало и непьющих,/Для молодых и весело живущих / Горит, горит казенный твой огонь!». Однако то, что для русского студента — весело или привычно, для иностранного порой просто жуть.

У Йорна была своя комната в общежитии на ул. Наугорское шоссе, 29а, в подъезде для иностранных студентов. Он сам сделал там ремонт, купил и сконструировал мебель и превратил свою комнату в своеобразный учебный класс, в котором учил английскому языку своих друзей-студентов из Туркменистана, Узбекистана, Киргизии. Однажды он пришел в гости, что называется, с ответным визитом и увидел, на чем спят эти люди. Общежитский матрац — это, конечно, зрелище не для слабонервных. Удрученный, Йорн поехал в Москву и купил там сразу семь матрацев. «Понимаете, — объяснял он мне свой поступок, — если человек не будет высыпаться, он не сможет хорошо учиться. А на тех матрацах нельзя выспаться: они такие узкие, старые…»

Тогда он еще не знал, что это только начало познавания мира студенческого общежития.

— В прошлом году — то ли в марте, то ли в апреле — я увидел знакомого из Бенина, на нем была футболка с коротким рукавом, и все руки — в красных точках, — рассказывает Хезе. — Я спросил, что это? Он сказал: у меня в комнате маленькие животные, которые кусают. И предложил мне тоже надеть шорты и футболку и посмотреть. Мы зашли, и я увидел узкие следы на стене, на кровати. Мы подняли постель, а там маленькие-маленькие животные. Я не знал таких, я их видел первый раз в жизни.

— И кто это?

— Клопы. Если бы в Германии появилась такая проблема, комнаты сразу бы закрыли на карантин, провели уборку — и все. Поэтому я спросил: «Ты разговаривал с комендантом?» Оказалось, да. Она посоветовала ему… убраться. В общем, студенты сами нашли компанию, которая провела дезинсекцию. Два месяца клопы перемещались по отверстиям и щелям из комнаты в комнату и добрались до меня. Мама посоветовала все обработать горячей водой. Я так и сделал. И собрал животных в маленькую банку — она еще есть у меня. Около 30 штук. И поехал вместе с клопами в главный корпус университета. Пришел к первому проректору Александру Федотову и сказал: простите, но если вы еще не знаете, как выглядят клопы, то вот вам банка. Они — из моей комнаты в общежитии. Он сразу позвонил куда-то, через 4-5 дней приехал человек, который все обработал — не только мою комнату.

С тех пор клопов в нашем подъезде нет. Но пришли тараканы. Очень много. Они проникли всюду. Сколько я их уже убил — не знаю. Но все бесполезно.

На этот раз Йорн к первому проректору не пошел, а написал письмо в Министерство образования РФ. А чтобы его не посчитали лжецом, приложил два десятка фотографий, которые зафиксировали не только насекомых, но и в целом санитарно-гигиенические проблемы общежития.

Фото: Й.Г. Хезе.
Фото: Й.Г. Хезе.

Вскоре пришел ответ, и он потряс немецкого студента до глубины души. Во-первых, он узнал, что его жалобу отправили тому, на кого он жаловался.

— У нас в Германии так не бывает. У нас отправляют комиссию, которая смотрит, соответствует ли содержание письма, жалобы реальности. В России все по-другому, — удивляется Йорн.

Во-вторых, его шокировал ответ и.о. ректора ОГУ Ольги Пилипенко министерству. Главные цитаты: «В общежитии на протяжении всего периода эксплуатации поддерживается надлежащее стостояние, своевременно проводится текущий ремонт, дератизация и дезинсекция, камерная дезинфекция мягкого инвентаря, созданы условия для комфортного проживания обучающихся… На протяжении всего периода эксплуатации общежития не поступало жалоб, заявлений, обращений… Общежитие неоднократно принимает участие во Всероссийском конкурсе на лучшее общежитие. В 2008 году стало победителем… в 2014-м — финалист конкурса, в 2017-м — победитель конкурса «Стендовая выставка»… Невозможно предположить, где и когда сделаны фотографии, приложенные к письму… Считаем, что… Хезе Йорн Гералд умышленно искажает факты, необъективно интерпретирует документы и информацию». В общем, сам дурак. Вполне по-русски. Вот только на немца это повлияло совсем не так, как планировалось.

— Я сфотографировал санитарное состояние общежития уже с датой съемки, которую выставляет фотоаппарат, и приложил новые снимки к ответу ректора, — рассказывает Йорн. — И поехал со всем этим в министерство. И написал письмо Ольге Пилипенко.

Фото: Й.Г. Хезе.
Фото: Й.Г. Хезе.

Оно стоит цитирования!

«Я потрясен тем, что вы порочите и подрываете мой авторитет и добросовестность, вместо того чтобы поблагодарить и выразить признательность тому, кто обращает внимание и представляет доказательства абсолютно недопустимых условий жизни, антисанитарии и проблем гигиены…. Вместо того чтобы отнестись к данной проблеме более серьезно и решить ее, вы оскорбляете того, кому хватило смелости выделиться из толпы», — написал студент ректору. И рассказал о том, каков его личный вклад в улучшение ситуации в общаге: «В декабре 2014 года мною были приобретены семь матрацев на сумму 23 тысячи рублей. Они были переданы студентам на 3 этаже… в качестве необходимой замены старых, изношенных, отвратительных на вид и непригодных для сна. Кроме того, я купил смеситель для кухни, два душевых гарнитура, новый дренаж для ванны, новое сиденье для унитаза, занавес для душа, по крайней мере 25-30 лампочек, чтобы гарантировать безопасность эвакуации студентов с пятого этажа на первый в случае любых ЧС… Мы, студенты, заслуживаем уважения и соответствующих условий жизни! …Со всем должным уважением, я считаю, что вы должны принести мне свои извинения».

Письмо он направил 25 мая. Ни извинений, ни официального ответа студент не дождался до сих пор. В те дни было только одно утешение: 19 июня региональное управление Роспотребнадзора зафиксировало нарушения санитарного состояния общежития, подтвердив правоту гражданина Германии, и пригласило руководство к себе для составления протокола об административном правонарушении. Так и написало: «Помещения общежития не соответствуют требованиям санитарных правил в части санитарного содержания и порядка проведения истребительных дезинсекционных и дератизационных мероприятий». Правда, к этому времени «истребительные» мероприятия провели по отношению к самому Йорну: 13 июня его отчислили. Конечно, не за письма и не за борьбу с клопами. А потому что… правильно, «сам дурак» еще раз. А ведь русские студенты предупреждали: не лезь!

Фото: Й.Г. Хезе.

«Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать…»

Официально вполне себе добросовестного Йорна Гералда Хезе, получавшего в основном «четверки» и «пятерки», окончившего на «отлично» во время боев с тараканами и клопами дополнительную программу «Государственное и муниципальное управление», исключили «за невыполнение обязанностей по добросовестному освоению образовательной программы и выполнению образовательного плана».

А случилось вот что. Осенью прошлого года Йорн окончательно разочаровался в своем выборе специальности, поняв, что хорошим экономистом с таким образованием он не станет. И решил перевестись на иняз: немецким и английским он владеет прекрасно, русским — прилично, а вот французским — плохо, надо изучить, решил Йорн и подал соответствующее заявление на перевод.

Уже 9 ноября он получил одобрение аттестационной комиссии и стал посещать занятия на инязе. О чем думали и чем занимались профильные структуры университета, отвечающие за оформление бумаг, неизвестно, но 28 декабря, то есть спустя почти два месяца, вдруг выяснилось, что для осуществления мечты не хватает перевода его паспорта на русский язык. Казалось бы, ерунда — да не тут-то было! Тотчас оказалось, что переводчик находится в отпуске до 14 января. Пока отдыхал, пока переводил… Ну а 7 февраля Хезе узнал, что новый договор об обучении не может быть заключен в принципе, поскольку все процедуры должны были завершиться до начала четвертого семестра. А 1 июня ему сказали, что перевод на иняз остановлен из-за задолженности по оплате. Получив деньги, администрация вуза потребовала… предоставления объяснения по поводу отсутствия на занятиях на факультете экономики. И его отчислили. Удивительно, но с этим абсурдом согласился и председатель студенческого профкома и объединенного совета обучающихся.

— Так нельзя со мной! — сказал Йорн и пошел в суд за защитой своих прав. Требовал немного: признать отчисление незаконным, восстановить и заплатить 100 тысяч морального ущерба. Судья Заводского районного суда г. Орла А.В. Сивашова встала на его сторону. В своем решении от 13 ноября 2017 года написала: «Непосещение аудиторных занятий с ноября 2016 г. по 13 июня 2017 г. в институте экономики было вызвано уважительными причинами, а именно отсутствием надлежащей организации со стороны администрации ОГУ перевода Хезе Й.Г. на протяжении с 3 ноября вплоть до момента отчисления… недоведением университетом до Й.Г. Хезе информации, четкого алгоритма действий, необходимых для завершения перевода, четких требований… несмотря на его неоднократные обращения»; «работники ответчика не проявили необходимые осмотрительность, разумность», а отчисление «является преждевременным и противоречит закону». Что и требовалось доказать. Суд первой инстанции признал отчисление незаконным, потребовал немца восстановить, определил компенсацию в 20 тысяч рублей и наложил на ОГУ штраф в размере 10 тысяч.

Но на этом дело не закончилось. У ОГУ есть еще время обжаловать решение. А Йорн Хезе отправился… в прокуратуру Заводского района.

— Я уверен, что содержание некоторых документов, которые представители университета передали судье для обоснования своей точки зрения, не соответствуют истине, — говорит Йорн. — Это касается журнала посещений, реферата, который я не писал… Как такое можно? Я считаю, что прокуратура должна дать этому свою оценку.

А еще я удивлен, что российские студенты не хотят бороться за свои права, за свое будущее. Они всего боятся! Когда я попросил их перевести мои письма об антисанитарии в общежитии, о бесконечном карантине, они сказали: нельзя! Они тебе не поставят зачет, экзамен или вообще исключат. Я сказал в суде в прениях, что я в шоке от того объема страха, который я видел. Ни один студент, ни один преподаватель, даже переводчик не стали выступать в качестве свидетелей на моей стороне. Все боятся. Я шокирован. Я надеюсь, что мои действия покажут им, что это надо делать.

Фото: Й.Г. Хезе.

«Дай миллион!»

Если у тебя, читатель, сложилось мнение, что Йорн Хезе испытывает удовольствие от своей борьбы, ты ошибаешься. На самом деле она ему обходится, как говорится, в копеечку. Плати адвокату, за международные звонки, за визы, которые он вынужден открывать каждые три месяца, поскольку он теперь не студент. А еще он пытается найти какие-то варианты помощи вузу и студентам.

— Я понял, что многие проблемы идут от недостатка финансирования, — говорит Йорн. — Я думал, как помочь, как исправить ситуацию, и решил обратиться к русским олигархам.

Не смейся, читатель. Немцы — они ж не русские. Они не понимают, как устроена наша жизнь… Он поступил просто: выписал 17 фамилий самых богатых россиян, по версии «Форбс»: Мордашов, Тимченко, Усманов, Алекперов, Фридман, Потанин, Вексельберг и др. и 2 июня написал им письма. Без эмоций читать их невозможно.

«Приблизительно 165 лет назад у нескольких человек возникла концептуально новая идея, и они основали Массачусетский технологический институт (МТИ) в Бостоне. Спустя 50 лет, с 1912 по 1920 г., Джордж Истмэн вложил в него 20 млн долларов. Сегодняшний фонд целевого капитала МТИ составляет 13,45 млрд долларов США. А фонд Гарварда — 32 млрд долларов. Фонд остается инвестируемым и нетронутым, только проценты используются… Меня зовут Йорн. Я — гражданин Германии. В настоящее время являюсь студентом факультета экономики в никому не известном университете города Орла, который находится лишь в 400 км от столицы. Я не прошу у вас 20 млн долларов; я прошу 1 млн долларов!

Многие люди постоянно спрашивают меня, как я оказался здесь. Я пока не нашел ответ, потому что я все еще в шоке. Унизительно низкая зарплата высококвалифицированных преподавателей, отсутствие мотивации и как следствие — раздосадованные студенты… Наша мебель — предмет «антиквариата», но желающих ее приобрести пока нет…Книги устарели и не соответствуют современным стандартам. Необходимый уровень владения иностранными языками среди учителей оставляет желать лучшего… Во многих наших туалетах нет элементарных предметов гигиены: бумаги, мыла или бумажных полотенец. Я даже не могу представить, что такое возможно в МТИ, Гарварде, Йельском университете, Беркли, Принстоне, Оксфорде или в Сорбонне. Я думаю, пора поднимать планку!

Самое большое преступление для страны — это недостаточное вложение средств в будущее новых поколений. Великий голландский философ Бенедикт Спиноза утверждал, что общество должно помочь им реализовать свой потенциал и затем предоставить им необходимый фундамент для достижения самых высоких целей. Орловские студенты заслуживают того же шанса, что и те, которые живут в более благополучных местах… Я думаю, что среди них может быть новый Эйнштейн или Эдисон, новый Ломоносов, новая Дашкова, новый Шувалов… Цель стоит в том, чтобы их найти, вырастить и удержать. И когда-нибудь вы будете ими гордиться!

…Все, что мы достигаем сегодня, служит основой для следующих поколений, которые должны быть лучше нас. Если текущие правовые рамки не допускают такой беспрецедентный и нетрадиционный шаг, тогда мы должны объединить тех, кто достаточно умен и у кого достаточно желания посадить их за круглый стол и внести необходимые изменения, чтобы осуществить свою мечту и двигаться вперед… Что я еще могу сделать, чтобы убедить вас, или вы уже на моей стороне?»

Естественно, не нашлось ни одного, кто разделил бы озабоченность немецкого студента, чему он очень удивлен.

— Они же должны быть заинтересованы в хорошем образовании! — недоумевает Йорн. — Ведь если у 99 людей в России денег больше, чем бюджет всей страны, значит, они должны быть в ответе за будущее этой страны. Мне кажется, они еще не понимают, что их богатство зависит от того, насколько умно и образованно будет новое поколение. Только такие люди смогут приумножить их состояние. В Европе и в США это уже давно поняли…

Фото: Й.Г. Хезе.

Вместо послесловия

Несмотря на все перипетии, Йорн Хезе не разочарован. Более того, он намерен окончить иняз и жить в России, получить гражданство, которое позволит ему работать в системе государственного и муниципального управления. Так что как знать, возможно, наш герой когда-нибудь станет мэром города Орла.

— В маленьком городе, я думаю, найду работу и счастье, это возможно, — улыбается Йорн.

На этой оптимистической ноте я и закончу рассказ о приключениях немца в Орле.

P.S. Уже стало известно, что Орловский госуниверситет не согласился с решением Заводского райсуда и подал апелляционную жалобу. Ректор ОГУ Ольга Пилипенко считает, что Йорн Хезе подрывает деловую репутацию вуза и готова защищать ее. Она убеждена в правоте тех действий, которые предпринимал вуз в отношении немецкого студента.



Партнеры