Пограничный край не небесный рай, откуда хочешь врага ожидай

О водных погранзаставах, речных границах и мечте детства рассказал капитан второго ранга Александр Филаткин

30.05.2018 в 18:08, просмотров: 612
Пограничный край не небесный рай, откуда хочешь врага ожидай
Капитан второго ранга за свою жизнь побывал в Брянске, Баку, Благовещенске, Термезе, Чите, Пскове, Курске. Филаткину довелось служить и в Афганистане, но рассказывать подробнее об этих годах он не стал. Вспоминать эти события действительно тяжело.

Две трети границы России — вода.

Зачастую в представлении обывателей пограничники — люди в камуфляже и с собаками. Многие забывают о тех, кто охраняет государство еще на кораблях и пограничных катерах.

На минувших выходных в редакции «МК Черноземье» побывал Александр Николаевич Филаткин, рассказавший свою историю службы, продлившейся без малого 27 лет.

«МК Черноземье»: Вы коренной курянин? Хотели стать пограничником или просто мечтали о море?

Александр Филаткин: Нет, родился я в Брянске, там и прошло мое босоногое детство. Честно, с детства любил воду, ловил небольших пескарей в местной речушке под названием Снежка, читал книги на морскую тематику. Занимался спортом, кстати, у меня второй спортивный разряд по вольной борьбе. Я активно проявлял себя, и педагоги увидели во мне человека военного. И знаете, я поверил.

Да так поверил, что летом 1973 года отправился в Баку. Но год был не самый удачный, мне одного балла не хватило, и я отнес документы в Брянский технический институт. Если бы я его закончил, то стал бы профессиональным лесником, факультет назывался «Машины и механизмы лесной и деревообрабатывающей промышленности». Но море меня все равно звало, и через год я вновь подал документы в Каспийское высшее военно-морское Краснознаенное училище им. С.М. Кирова.

«МК Черноземье»: Военно-морское училище — это, конечно, хорошо. Но как вы угодили-то в пограничники?

А.Ф.: Почему попал в пограничники? У нас две третьих границы — морские. На сухопутных погранзаставах сухопутные пограничники, а на воде — мы, корабли и пограничные катера. Приехал «покупатель» из Москвы и отобрал из штурманского факультета 19 человек и одного из химического. Критерии строгие: здоровье, чистая биография, успехи в учебе. По всем трем критериям я прошел, а дальше собеседование. Как сейчас помню, пришел я к господину Распопину, который долго смотрел на меня. А потом и вовсе сказал, что я какой-то корявенький. Но потом поправился, сказав, что со свистом буду проходить в корабельные двери, они же небольшие. Вот так и отобрали меня в пограничники. В силу того, что училище военно-морское, отправили нас в Анапу на курсы — обучаться, так сказать, пограничному искусству.

Училище закончил я хорошо и мог выбирать место прохождения службы. Естественно, я хотел во Владивосток. Сначала, конечно, меня отправляли и в Хабаровск, но потом я все-таки добился перевода в Благовещенск. Там же Амур — река подвигов. Да и так вышло, что вся служба у меня прошла на реках. Из разряда: хотел быть моряком, а стал рекаком!

«МК Черноземье»: Ну а как дальше сложилась судьба морского пограничника?

А.Ф.: Да на самом деле чего только не было. Пришел я на корабль зеленый совсем, помощником командира. У меня было трудное лейтенантское начало, тогда же получил первые седые волосы. В 1980 году едва не утонул, замерзая в Амуре. Наш катер сел на мель, пришлось толкать. В том же году чудом не получил по голове веслом, когда досматривал судна нарушителей границы. За все годы службы набралось немало «баек». Вот в 1982 году была у нас нешуточная встреча с медведем.

«МК Черноземье»: С медведем? В воде?

А.Ф.: Был очень сильный разлив у Амура, вода шла прямо по самому Благовещенску. Мне часто докладывали, что живность плывет. Обычно это были косули, у нас с харчами было туго, если честно. Ну, так ее за рога подцепишь и на борт корабля.

А тут мне докладывают, что плывет медведь, но у него-то рогов нет! Мы решили позабавиться, что ли, и попробовали поймать. Через какое-то время медведю это самому надоело, он забрался на борт. Да, у меня с собой было табельное оружие, я сделал несколько выстрелов, но ему, понятное дело, хоть бы что. Медведь скорее разозлился больше из-за этого. А мне, как помню, только-только привезли целый ящик еды. Так вот он добрался до припасов, стукнул лапой по ящику, все в щепки разлетелось по разным сторонам. Вот так вот он и пообедал на корабле, два часа длилась трапеза, наелся и уплыл. В общем, даже на воде пограничникам приходится быть осторожными с животными, не только на суше.

«МК Черноземье»: А с подчиненными как, везло?

А.Ф.: Помню, боцман у меня был хозяйственный до ужаса. Корабль всегда был в идеальном состоянии, даже краску находил всегда, я его чуть ли не боготворил. Потом его, к сожалению, сменил другой боцман, не нравился он мне, с подлинкой был малый. Порой руки прикладывал к молодым морякам. Хотите верьте, хотите нет, я ни одного моряка на «губу» не посадил и не ударил. Хотя тогда многие командиры этим грешили.

Случай был один. На каком-то острове на Севере стоял ПТН (пост технического наблюдения). У капитана 20 бойцов, туда ссылали всех «оторв», бедному капитану чуть ли не морду били. И он решил проблему, так сказать, по-своему. Если, честно, даже рассказывать стыдно, что он там с двумя дембелями удумал, но своего добился — дисциплина у него потом была железная на корабле. Когда в очередной раз приехали к нему проверять, начали выяснять, где же он набрался таких профессиональных «педагогических навыков». Когда все выяснилось, пришли в ужас. Капитана не уволили, конечно, но в другое место перевели.

Памятуя об этом случае, я тоже решил применить радикальные меры к своему боцману. Он в очередной раз провинился, я его отловил. Строю экипаж и за очередную провинность боцману велю высадиться на необитаемый остров с буханкой хлеба. Он посмеялся в ответ на это, а зря. Кинули трап, все как положено. Я приказываю коку выдать буханку хлеба и банку консервов. Тот, когда понял, что все серьезно, на колени упал и стал извиняться. Ну вот так он достал своими выходками, хотя, конечно, я бы его не высадил никуда, что уж таить, не смог бы.

«МК Черноземье»: А как ушли со службы?

А.Ф.: В 1992 году меня перевели

в Читу. Там я стал начальником морской службы Забайкальского пограничного округа, три года командовал тремя дивизионами пограничных сторожевых катеров. Тогда же и получил капитана второго ранга. Затем служба в отдельной бригаде пограничных сторожевых кораблей в Пскове, и, наконец, сошел на берег. Погоны не снял, конечно, стал сухопутным офицером в Курском пограничном отряде, на разных должностях был до самого увольнения в 2001 году.

«МК Черноземье»: Ну а тут, в соловьином крае, на суше, как жизнь сложилась?

А.Ф.: Ох, ну тоже весело. Один мой друг, кандидат педагогических наук, предложил создать техникум при Российском открытом региональном институте. В 2002 году состоялось открытие РОСИ. Потом был заместителем директора по учебно-производственной работе в Курском железнодорожном техникуме. В 2006 году мне предложили возглавить «Центр государственной инспекции по маломерным судам (ГИМС) МЧС России по Курской области». В общем, с того времени я снова в реке, словно никуда и не уходил. Сейчас я заместитель главного государственного инспектора по маломерным судам Курской области.

О наградах… Меня несколько раз приставляли на орден Красной Звезды, но как-то не срослось. Но самая дорогая — эта боевая награда «За отличие в охране государственной границы». А так по мелочи штук 25 выйдет со всех мест, где случилось служить. Когда надеваешь, звенят сильно, конечно.

«МК Черноземье»: Часто надеваете?

2 июля 1979 года Гейдар Алиевич Алиев (1-й секретарь ЦК компартии Азербайджана) вручает мне лейтенантские погоны, и я — лейтенант Великого и Могучего Военно-морского флота СССР.

А.Ф.: Надеваю в День ВМФ, на День пограничников, 28 мая, ну и когда в школы прихожу выступать. Там уж при полном параде, кинжал, кортик. Чем старше становлюсь, тем приятней становится, есть что молодым ребятам рассказать, насыщенная жизнь была…

В жизни Александра Николаевича было много хорошего, плохого, трагичного и не очень, но слушать ветерана было одно удовольствие. Даже решив сойти «на сушу», Филаткин остался в «течении» и скоро вновь оказался в своей стихии. И река жизни у него получилась бурная, яркая, но другой и не могло быть у флагманского штурмана, капитана второго ранга.

Важно помнить, что опасность и враг могут поджидать не только на суше, но и в воде, где нарушителей границы бывает уж точно не меньше. Недаром же была придумана русская поговорка: «Пограничный край не небесный рай, откуда хочешь врага ожидай». И действительно, следует быть бдительными: кто знает, откуда возьмутся нарушители границы — с суши или с воды. Успокаивает только одно: для этого на погранзаставах служат неслучайные люди, охраняющие покой и днем, и ночью.

Читайте по теме:



Партнеры